[в начало]
[Аверченко] [Бальзак] [Лейла Берг] [Буало-Нарсежак] [Булгаков] [Бунин] [Гофман] [Гюго] [Альфонс Доде] [Драйзер] [Знаменский] [Леонид Зорин] [Кашиф] [Бернар Клавель] [Крылов] [Крымов] [Лакербай] [Виль Липатов] [Мериме] [Мирнев] [Ги де Мопассан] [Мюссе] [Несин] [Эдвард Олби] [Игорь Пидоренко] [Стендаль] [Тэффи] [Владимир Фирсов] [Флобер] [Франс] [Хаггард] [Эрнест Хемингуэй] [Энтони]
[скачать книгу]


Несин Азиз. Рассказы

 
Начало сайта

Другие произведения автора

  Начало произведения

  Дружественные отношения

  Он остается

  Машина - оратор

  Жаль деньги народные

  Лишь бы родина процветала

  Я - резиновая дубинка

  Ее величеству фасоли

  Кофе и демократия

  Ищите - да обрящете

  Страшный сон

  По сходной цене

  Сам виноват!

  Отчего чешется Рыфат-бей

  Люстра

  Свой дом

  А сумеешь ли ты быть у нас врачом?

  Очки

  Мученик поневоле

  Родительское собрание

  Газеты? В нашем доме им нет места

  В ожидании шедевра

  Все из-за дождя

  Уникальный микроб

  Хорошо делать благие дела

  Я разговаривал с Ататюрком [1]

  Долг перед родиной

Среди друзей

  Любитель литературы

  Все мы в молодости увлекались поэзией

  Финансовые боги

  Если бы не было мух!

  Плата за страх

  Письма с того света [1]

  Мемет из Эмета

  Относительное представительство

  Чернокожий солдат

  Сильный характер

  Скоро подорожает

  Телеграмма

  Моим уважаемым читателям

<< пред. <<   >> след. >>

      Среди друзей
     
     
     Я не видел более приятных в общении людей, чем русские. Даже незнание языка при этом не является помехой.
     Субботняя ночь, время близится к половине третьего. Я возвращаюсь в свою гостиницу с Центрального телеграфа, еду не спеша по улице Горького. У площади Пушкина на моем пути встречается мужчина и что-то спрашивает по-русски.
     Я подумал сначала, что подвыпивший прохожий просит дать закурить. Я достал из кармана пачку сигарет. Он улыбнулся и сам протянул мне пачку. Мы пошли рядом. Он не знает ни слова по-турецки, а я по-русски... Но мы все время говорим, не умолкая. Трудно поверить, но мы понимали друг друга. Когда мы подошли к памятнику Пушкина, он сказал:
      — Давайте присядем.
     То есть так я понял то, что он сказал.
     Мы сели на одну из скамеек на сквере. Он стал рассказывать о Пушкине, а я сказал:
      — Я очень люблю Пушкина.
      — Вы знаете его стихи? — спросил он.
      — Совсем мало, — ответил я, — но он умеет любить, как турок. Поэтому я и люблю Пушкина. Когда в сердце турка загорится любовь, за нее он не пощадит своей жизни.
      — Нет, Пушкин погиб, спасая свою честь... — ответил он.
     Мы заспорили. По-настоящему заспорили, хотя и на разных языках.
     Мы встали. Пошли дальше. Теперь заговорил я. Он иногда перебивал меня, спрашивал о чем-то, я отвечал.
     Мы подошли к площади Маяковского. Продолжили разговор у памятника поэта. Потом дружески обнялись и расстались. Я был очень, очень доволен этой встречей. Полагаю, он тоже. Вдруг я вспомнил, что забыл спросить, как его зовут. Крикнул ему вслед, но он не услышал. Он тоже не спросил моего имени, не поинтересовался, кто я такой.
     Пробило четыре, когда я вошел в гостиницу.
     Следующее утро — воскресенье... Я с моим другом-переводчиком отправился в Союз писателей за письмами от жены. По случаю воскресенья дверь оказалась на запоре. Мы позвонили. К нам вышла женщина. Мы спросили ее, можем ли получить письма. Она не сказала: «Сегодня воскресенье» или «Вы не сможете их получить». Прежде всего пригласила нас зайти. Минут пять что-то говорила. Затем к нам подошел мужчина. Надежда получить письма, которых я очень ждал, укрепилась.
      — Вы знаете, ведь сегодня воскресенье, — сказал человек.
      — Да, — ответил я.
      — По воскресеньям все закрыто.
      — До свидания, — коротко ответил я по-русски и направился к двери.
     Но человек нашел в моем лице собеседника и не захотел так быстро отпустить:
      — Если бы вы пришли в другой день, не в воскресенье, то обязательно получили бы свои письма.
      — Несомненно.
      — Я очень сожалею, что не могу вам помочь.
      — Спасибо, балшой! До свидания, — сказал я по-русски.
      — Знаете, вчера была суббота.
      — Да.
      — Если бы вы пришли вчера, то получили бы ваши письма.
      — Конечно.
      — Но вчера вам нужно было прийти до обеда. Потому что по субботам после обеда вы никого не застанете... Конечно, вы могли бы получить ваши письма, если они пришли, а если они не пришли, то что вам получить?
      — Спасибо балшой... До свидания.
      — Сейчас я вам скажу: завтра понедельник.
      — Я знаю.
      — Если вы придете завтра, то получите свои письма.
      — Спасибо.
      — Но не приходите до двенадцати утра и после пяти: никого не застанете. Вы сможете прийти в три часа? Если завтра у вас дела, можно зайти во вторник или в четверг.
     Он так искренне хотел помочь, что я не мог рассердиться на его словоохотливость, а он продолжал мне вслед.
      — Если ваши письма пришли, то вы их завтра обязательно получите, — услышал я его голос уже за дверью.
     Следующий день — понедельник. Я должен был встретиться с одним русским другом у Театра сатиры. Мой приятель сказал, что Театр сатиры совсем близко от гостиницы, в которой я живу.
     И действительно, как раз напротив гостиницы «Пекин», где я остановился. Но я этого не знал. Не знал я и русского алфавита и не мог прочитать огромные буквы над зданием: «Театр сатиры».
      — Простите, — обратился я к прохожему, — где Театр сатиры?
     Турок протянул бы палец и показал: «Вот, напротив!». Но словоохотливый и готовый на любые одолжения русский начал объяснять:
      — Пройдите направо метров триста. Там увидите подземный переход. По нему перейдете на другую сторону, затем...
     К нам подошла женщина в шляпке:
      — Вам куда нужно!
      — В Театр сатиры!
      — Почему вы посылаете его дальней дорогой? — сказала она человеку. И повернулась ко мне:
      — Я укажу вам путь короче. Видите памятник Маяковскому? Ведь вы знаете Маяковского, правда? Это наш великий поэт. Каждое его слово — снаряд. Так вот идите к памятнику...
     Человек возразил женщине:
      — Тут такое движение! Ему не пройти. Лучше всего по переходу.
     Подошел пожилой мужчина.
      — Вы иностранец? — спросил он по-английски.
      — Да.
      — Вы собираетесь в Театр сатиры?
      — Да.
      — Почему вы не покажете ему кратчайшую дорогу? — упрекнул он мужчину и женщину и начал объяснять, как пройти к Театру сатиры совсем уже другим путем.
     Потом все трое начали спорить, как лучше пройти к Театру сатиры. Пока они спорили, подошла очень миловидная русская девушка. Спор достиг наивысшей точки.
     Я решил отойти в сторону и стал наблюдать за ними. Девушка утверждала, что лучше всего мне сесть в такси. Подошел еще мужчина. В пылу спора они, по-видимому, уже забыли обо мне, и я побрел сам по себе. Вдруг передо мной вырос приятель, с которым я договорился встретиться; оказывается, он ждал меня. Мне оставалось только перейти улицу.
      — Вы легко меня нашли? — спросил он.
      — Очень легко, — ответил я.
     И мой приятель тоже начал объяснять, как проще всего найти Театр сатиры. Между тем мы стояли перед самой его дверью.
      — Я уже знаю, — поблагодарил я.
      — В следующий раз вам будет совсем легко найти дорогу. Русские люди отзывчивы и общительны. Когда узнаешь поближе, невозможно не полюбить их всем сердцем.
     

<< пред. <<   >> след. >>


Библиотека OCR Longsoft 2005-2015