[в начало]
[Аверченко] [Бальзак] [Лейла Берг] [Буало-Нарсежак] [Булгаков] [Бунин] [Гофман] [Гюго] [Альфонс Доде] [Драйзер] [Знаменский] [Леонид Зорин] [Кашиф] [Бернар Клавель] [Крылов] [Крымов] [Лакербай] [Виль Липатов] [Мериме] [Мирнев] [Ги де Мопассан] [Мюссе] [Несин] [Эдвард Олби] [Игорь Пидоренко] [Стендаль] [Тэффи] [Владимир Фирсов] [Флобер] [Франс] [Хаггард] [Эрнест Хемингуэй] [Энтони]
[скачать книгу]


Ю. Уваров. Юные годы Жюльена Дюбуа

 
Начало сайта

Другие произведения автора

Начало произведения

     Ю. Уваров. Юные годы Жюльена Дюбуа
     
     -------------------------------------------------------------------
     Издательство "Правда" Москва 1987
     OCR Longsoft ocr.krossw.ru, июнь 2007
     -------------------------------------------------------------------
     
     
     Бернар Клавель, перу которого принадлежат включенные в настоящий сборник автобиографические романы, — один из самых крупных писателей сегодняшней Франции, человек глубоких и прочных демократических убеждений, яростный враг войны, активный борец за гуманистические и нравственные идеалы. Он неоднократно посещал нашу страну, высоко оценивал достижения советского народа и его роль в борьбе за мир.
     Книги Бернара Клавеля пользуются огромной популярностью у французских читателей. Каждая выходит тиражом не менее 100 тысяч экземпляров (что для Франции — явление редкое), почти все произведения переиздаются в массовой серии «Ливр де Пош». Клавель покоряет читателей не изысканностью стиля и не лихо закрученным сюжетом, а подчеркнутой достоверностью, глубокой правдивостью жизненных ситуаций и острыми этическими проблемами, которыми буквально пропитано все его творчество. В атмосфере полной безнравственности и мещанского потребительства, столь характерной для современного капиталистического мира, книги Бернара Клавеля напоминают о существовании простых, подлинных человеческих ценностей, таких, как порядочность, честность, человеческое достоинство, любовь к детям, к природе и т. п.
     Успех Б. Клавеля связан также с его творческой манерой, своеобразие и обаяние которой заключается в органичном слиянии безыскусной простоты с глубоким внутренним драматизмом. Все им написанное озарено изнутри авторским волнением, проникнуто тревогой за своих героев, достойных участи лучшей, чем та, что им выпала. Проза Клавеля резко контрастирует с вычурной изощренностью и формальным экспериментаторством французской литературы последних десятилетий. «Среди холодного блеска окружающих нас предметов — дизайнов, лишенных живой материальности и следов человеческого присутствия, — пишет известный французский критик Б. Пуаро-Дельпеш, — книги Бернара Клавеля производят отрадное впечатление хорошо и добротно, по старинке, выполненной ручной работы» [*].
     
     [*] «Monde», 25.VII.80, с. 11.
     
     Особенности творчества Б. Клавеля во многом объясняются тем, что он вышел из самой гущи трудового народа.
     Путь его в литературу был непростым. Он родился в 1923 году в провинции Франш-Конте, в крестьянской семье. С четырнадцати лет будущий писатель бросает учиться и начинает трудовую жизнь, сначала в городе Доле в качестве ученика кондитера, потом рабочим на шоколадной фабрике в Лионе. Во время второй мировой войны он служил некоторое время в армии на границе с Испанией. Когда немцы оккупировали юг Франции, ушел к партизанам, активно участвовал в Сопротивлении. В 1945 году Клавель снова в армии, на этот раз в Германии. После войны он устраивается работать мелким служащим в компании социального страхования в Лионе.
     Бернар Клавель мечтает стать художником, у него обнаружились несомненные способности к живописи, но он терпит неудачу на этом поприще. В 1944 году Клавель начинает писать художественные произведения, однако написанное не удовлетворяет его, и он сжигает рукописи двух первых романов. Ему с трудом удается опубликовать в лионской прессе лишь несколько очерков. Он посылает рукописи своих рассказов Арману Лану и Эрве Базену, которые одобрительно о них отзываются, что придает мужество писателю-самоучке с образованием в объеме неполной средней школы. Только в 1956 году Бернар Клавель выпускает первую книгу — повесть «Ночной труженик», где он, опираясь на собственный опыт, рассказывает о человеке, который хочет стать литератором и по ночам, после трудового дня, пишет романы о матери и жене своего героя, самоотверженно помогающих ему. Книга была положительно отмечена критикой. Бернара Клавеля принимают в штат редакции лионской газеты «Прогресс». Журналистику он совмещает с писательством. Одна за другой выходят его повести «Пираты с реки Рона» (1957), «Гром небесный» (1958), «Испанец» (1959), «Малатаверна» (1960), «Поездка отца» (1965). Эти произведения привлекают читателей искренностью тона, духовной красотой и величием героев, которые были так непохожи на унылых, жалких, охваченных отчаянием и нередко погрязших в пороках персонажей модернистской литературы. Некоторые произведения Клавеля попали на экраны кино и телевидения. Огромный успех выпал на долю показанного по парижскому телевидению фильма, поставленного по повести «Испанец», где автор создал замечательный образ испанца Пабло. После войны 1936 — 1939 гг., потеряв дом, семью, подавленный поражением испанских республиканцев, герой повести попадает во Францию и работает на ферме одного крестьянина. Когда хозяин умирает, Пабло с большим рвением и любовью к земле поднимает ферму. Он находит в этом труде на земле смысл жизни и счастье. Но фашисты оккупируют Францию, и Пабло идет в партизаны. Когда он возвращается, он уже никому больше не нужен, ферма продана, его отовсюду прогоняют.
     Образ Пабло приобретает обобщающие типизированные черты: Человек и Труженик, воплотивший в себе самые прекрасные и высокие качества, он оказывается незаслуженно несчастным. Виноваты в этом война и социальная несправедливость. Книга глубоко человечна и демократична в самом высоком смысле этих слов.
     В начале 60-х годов Бернар Клавель переходит от изображения отдельных случаев, иллюстрирующих нравственную силу народа, к созданию широкого полотна жизни. С этой целью он обращается к материалу, который знает лучше всего, — к собственной биографии. Главным героем созданного в 1962 — 1968 годах цикла романов, объединенных общим заглавием «Великое терпение», он выбирает фактически самого себя. В романах «В чужом доме» (1962) и «Сердца живых» (1964) рассказано о судьбе юного Жюльена Дюбуа с 1937 по 1944 год. Две другие части серии — «Тот, кто хотел увидеть море» (1963) и «Плоды зимы» (1968) — посвящены изображению родителей Жюльена — деревенского булочника Дюбуа и его жены. Во время войны, оккупации, в период тяжелых материальных невзгод и психологических стрессов, эти простые, ничем не примечательные люди обнаруживают способность к бескорыстным поступкам, к великой, самоотверженной любви. Они умирают, не дождавшись сына, не выдержав тяжкого груза тревог и забот.
     Роману «Плоды зимы» присуждена высшая во Франции литературная награда — Премия Академии Гонкуров 1968 года. В том же году писатель получает Премию города Парижа за свое творчество в целом. 1968 год становится поистине годом Клавеля. О нем много пишут в газетах и журналах, на экранах кино и телевизоров идут фильмы, сделанные на основе его произведений. Сам Клавель к этому времени прекращает работать в редакции лионской газеты и, поселившись в пригороде Парижа, становится профессиональным писателем.
     Взрыв интереса к книгам Клавеля именно в 1968 году был не случайным. В этом году как бы прорвался наружу протест народа против бездушной, холодно-функциональной «технократической цивилизации», которую принесло Франции установившееся в V Республике господство крупного капитала. В мае — июне 1968 года вспыхнули студенческие волнения и развернулась самая массовая и самая длительная в истории Франции всеобщая забастовка. В лозунгах так называемой «майской революции» звучала тревога, вызванная попранием человеческих ценностей.
     Отстаивание нравственных принципов, воспевание духовной красоты и величия простых, незаметных тружеников — главные идеи книг Б. Клавеля — как нельзя более точно соответствовали настроениям протестующих французов. Надо признать, что в какой-то мере его популярность подогревалась и умелой рекламой издателей и кинопродюсеров, с выгодой для себя эксплуатирующих этот успех. В прессе был представлен оригинальный облик писателя-самоучки из рабочих, который, даже став знаменитостью, сохранил простой и естественный образ жизни: впервые надел галстук по настоянию жены, когда шел получать Гонкуровскую премию, терпеть не может автомобили (не покупает, даже имея уже немалые деньги), живет только на лоне природы, почти не бывает в Париже, увлекается лодочным спортом, любит леса, горы, не выносит большие города.
     И Клавель, и его книги предстают, таким образом, своеобразным символом антитехницизма и антиурбанизма. На самом деле произведения Бернара Клавеля шире и глубже этого рекламного штампа, что наглядно можно увидеть на примере включенных в наш сборник романов «В чужом доме» и «Сердца живых», которые дают наиболее полное представление о содержании творчества писателя и о его художественной манере. Хотя эти романы являются первой и третьей частью серии «Великое терпение», они составляют единое, целостное произведение, своего рода роман-воспитание, в котором показано формирование юного героя в трудный исторический период, в жестоких и враждебных, для человека социальных обстоятельствах.
     Роман «В чужом доме» повествует о начале трудовой деятельности Жюльена Дюбуа, который работает учеником кондитера Петьо в городе Доле. Столкновение подростка с жизнью приобретает характер острого социального конфликта. С одной стороны — бесхитростный мальчик, полный симпатии к людям, доверчиво стремящийся им навстречу, а с другой — такая общественная среда, где возможна хищническая, жестокая эксплуатация чужого труда, где стремление к выгоде, культ собственности стали нормой человеческих отношений.
     Хозяин кондитерской, расчетливый Петьо, обуреваем жаждой наживы. У него мало рабочих (так экономнее вести дело!), и он выжимает из них все соки. Особенно тяжело приходится ученикам. Жюльен работает по 18 — 20 часов в сутки под непрерывные злобные окрики хозяина, подгоняющего его. Рассказ о труде Жюльена, которому в романе отведено немало страниц, не выглядит скучным «производственным процессом», а воспринимается как нагнетание какого-то кошмара, который постепенно сгущается и делает жизнь подростка совершенно невыносимой, превращает ее в ад. Жюльену (а вместе с ним читателю) кажется, что хуже быть уже не может, но вот открывается новый «круг ада», и начинаются новые мучения. Описание жизни и работы Жюльена у кондитера Петьо предстает как репортаж о единоборстве человека с силами зла, которые вот-вот должны свалить его с ног. Читатель с волнением следит за исходом этой схватки. Жюльену потребовалось собрать все свои душевные силы, упорство и мужество, чтобы выдержать срок ученичества. Поединок заканчивается победой Жюльена, и читатель, следивший за исходом «схватки», вздыхает с облегчением.
     Почему же удается одержать победу этому подростку, такому неопытному, незакаленному и юному? Прежде всего потому, что он оказался терпеливее своего хозяина. Не зря серия называется «Великое терпение», терпение, понятое автором (и его героем) не как христианское смирение, а как социальная выносливость, выдержка и упорство в достижении победы. Разговор о терпении возникает на страницах романа не раз. Клавель прямо говорит: «У хозяина было меньше терпения, чем хитрости». Терпение физическое и духовное, внутреннее превосходство Жюльена над Петьо является своего рода конденсированным воплощением силы народа. Но есть еще одно немаловажное обстоятельство — Жюльен не одинок в своей схватке с хозяином. Рядом с ним, помогая ему, поддерживая его, стоят товарищи по работе: мастер Андре Вуазен, чуткий, душевный человек, неунывающий весельчак и балагур Виктор Брессо и болтливый и недалекий, но искренне привязанный к Жюльену ученик Морис. Всегда может найти помощь Жюльен и у своего дяди — коммуниста Пьера. Наконец, в эти годы в городе возникла секция Всеобщей конфедерации труда, куда Жюльен вступил, не боясь своего хозяина.
     Главная победа Жюльена в том, что он в нечеловеческих условиях остается человеком, не превращается в забитую «рабочую лошадку». Мальчик сохраняет поэтичность, чистоту, обаяние юности. Недаром многие критики находят в романе Клавеля духовное родство с повестью М. Горького «В людях». Эти книги роднит не только сходство некоторых сюжетных ситуаций, но и стремление выявить светлые человеческие качества своих героев вопреки окружающему их мраку.
     Победа Жюльена Дюбуа над хозяином выглядит тем более убедительной, что ему достался опытный, хитрый противник. Это мелочный, жадный и жестокий человек, удивительно невежественный, одержимый грязным сластолюбием. Даже внешность его отталкивающа и карикатурна. Под стать ему и хозяйка, его жена, исполненная фальши и жеманства. Теща господина Петьо вызывает чувство просто физического отвращения — это какой-то сгусток злобы, глупости и уродства. Характеристика отрицательных персонажей у Клавеля чрезвычайно проста: он показывает их моральное и физическое безобразие и, не боясь повторений, постоянно подчеркивает их отрицательные качества. Однако это не шарж, не гротеск, а сведенная до нескольких наиболее выразительных и типичных черт характеристика мелкого собственника во всех проявлениях его мелочной натуры. Это собственник, считающий каждый грош и из грошей скопивший состояние. Он не может быть человечным, ибо человечность принесет ему убыток. Он нагл, криклив, хвастлив, и все эти качества необходимы ему, чтобы обойти своих бесчисленных конкурентов, чтобы заманить к себе покупателей. И он выживает в мире конкуренции благодаря звериной хитрости, изворотливости и поистине ненасытной жадности.
     Господин Петьо — образ обобщенный, это тип среднего французского лавочника. Автор раскрывает его политическое кредо. Оно тоже идет «от живота». Господину Петьо для его благоденствия нужна крепкая власть, которая держала бы «в узде» рабочих и не давала бы им возможности причинять убытки хозяйству требованием своих законных прав. В 1937 — 1939 годах, когда развертывается действие романа, такая власть уже существовала в лице германского и итальянского фашизма. Петьо — за фашизм, он сам член фашистской французской организации «Боевые кресты», сторонник Гитлера и Муссолини.
     Идеология лавочника Петьо, возведенная в политику, привела к тому, что правящие классы и тогдашнее правительство Франции не препятствовали агрессии Гитлера (это было время Мюнхена) и способствовали поражению Франции в 1940 году. В 1962 году, когда автор работал над романом, во Франции раздавались взрывы оасовских бомб и вновь нависла угроза фашизации страны. Однако это уже не 1938 год, и во Франции нашлись силы, способные остановить наступление реакции. Во времена же, о которых пишет Клавель, преобладал патриархальный тип рабочего, еще недостаточно сознательного, не понимающего силу сплочения и солидарности, зависевшего от своего хозяина. Таким был Андре Вуазен, мастер-кондитер. Андре — художник, поэт своего дела, настоящий самородок. Он с подлинным вдохновением создает свои кондитерские шедевры. А между тем вся слава достается не ему, а господину Петьо, который, подобно гофмановскому Крошке Цахесу, пожинает плоды чужого успеха. И Андре мирится с этим, как и со всей чудовищной системой эксплуатации в кондитерской Петьо. «Ничего не поделаешь, ведь надо зарабатывать на жизнь», — объясняет он Жюльену. Андре становится покорным инструментом в руках своего хозяина. И хотя Андре честный, неплохой человек, он оказывается в одном лагере с Петьо, точнее говоря, его жертвой. Именно ему и таким людям, как он, пришлось расплачиваться за политику государственных деятелей с идеологией Петьо — идти на войну и погибнуть.
     Роман «В чужом доме» показывает, как закладывался фундамент нравственных основ личности Жюльена Дюбуа. Несколько лет спустя, в годы войны, бед и несчастий, обрушившихся на его родину, он благодаря тому, что было заложено в нем в тяжелые годы учения, сумеет сделать правильный выбор. Об этом рассказано в романе «Сердца живых».
     Действие романа происходит в 1941 — 1943 годах, в трудное для Франции время. Более двух третей страны оккупировано гитлеровскими захватчиками Жюльен Дюбуа оказался в той части, которая не занята немцами, но подчинена марионеточному профашистскому правительству маршала Петена, объявившего столицей этого фиктивного «французского государства» маленький городок Виши. Вишисты ввели гитлеровские порядки, превратив подвластную им территорию в источник сырья и дешевой рабочей силы для Германии. Жюльен Дюбуа видит страдания своего народа, горе, смерть. Многие его друзья и знакомые погибли от немецкой пули, оказались в плену, были угнаны в Германию. Процветают только те, кто предает родину или наживается на ее беде. Жюльен Дюбуа, искренний, мужественный юноша, не может спокойно взирать на происходящее. Он рвется к борьбе. Однако в своем родном городке Лон-ле-Сонье, затерявшемся в горном департаменте Юра, он еще не видит людей, которые могли бы научить его, как нужно действовать, что следует предпринять, чтобы бороться против немецких оккупантов и их петеновских подручных. В 1941 году Сопротивление еще только зарождалось и не приняло широкого размаха. Однако, как отмечает английский журналист А. Верт в книге «Франция 1940 — 1955 гг.», «если на первых порах сопротивлялись лишь немногие французы, то сердцем противились почти все». Жюльен Дюбуа был один из тех, кто не только противился всем сердцем, но и стремился к активной деятельности. Он узнал, что за пределами Франции создается армия освобождения во главе с генералом де Голлем, призыв которого, прозвучавший по радио 18 июня 1940 года, был услышан многими французами. Жюльен добровольно вступает в петеновскую так называемую «армию перемирия» и добивается назначения в маленький южный городок Пор-Вандр, расположенный у подножия Пиренейских гор. Он это делает для того, чтобы перейти границу. Армия, в которую попадает Жюльен, была, как и вишистское государство, чисто формальной организацией. Ей не доверяли даже сами правители. Не случайно в ноябре 1942 года, когда немцы оккупировали южную Францию, эта армия была распущена.
     В начале романа Жюльен, приехав к месту службы, живет надеждой добраться до тех, кто воюет с врагами его родины. Но в тот самый момент, когда он полон решимости выполнить свой долг, он открывает «великое счастье любви», встретив девушку по имени Сильвия и впервые в жизни по-настоящему, самозабвенно полюбив. Автор с большой теплотой описывает это чистое, искреннее и прекрасное чувство. По своим человеческим качествам Жюльен Дюбуа имеет право на счастье. Его любовь была бы вполне нормальным, естественным явлением, если бы не война, не суровое для Франции время, не те обязанности гражданина, которые он осознает. В этих условиях личная и общественная линии поведения оказываются трудно совместимыми. Юному герою Клавеля предстоит сделать выбор между любимой, которую он не имеет сил покинуть, и родиной, которую он стремится освободить. Его друг Бертье уходит за Пиренеи. Жюльен, после долгих колебаний, остается. Любовь берет верх над долгом.
     Однако автор заставляет героя оторваться на некоторое время от тихой любовной идиллии в южном городе Кастре и как бы оглянуться вокруг. Весной 1942 года Жюльен едет в отпуск к родным, и перед ним предстает невыносимое зрелище растерзанной, изуродованной войною Франции. Хотя здесь, в так называемой свободной зоне, еще нет немцев, ему бросается в глаза выбитая из привычной колеи жизнь. Почти в каждой семье горе, многие получают известия о смерти близких. Жюльен чувствует, что не имеет права на мирное счастье, на любовь.
     Развертывая перед своим героем картины жизни поверженной родины, Клавель утверждает мысль о том, что отгородиться от войны невозможно, что «сердца живых» зовут к борьбе, что «живые борются» (как назвал свою книгу об этом времени французский прогрессивный писатель Жан Лаффит). Тот же, кто остается равнодушным к судьбам отечества в тяжелую годину, фактически не живет и не имеет сердца. Перед глазами Жюльена пример его товарища по службе, поэта Ритера, который укрывается в невоюющей армии перемирия, дабы переждать события, и находит забвение в пьянстве. Жюльен не может уподобиться Ритеру.
     Когда гитлеровские войска вторгаются в Южную Францию, Жюльен решает уйти в горы на поиски партизан. Но он уже упустил момент и жестоко расплачивается за это. Сцены пребывания в лесу, гибели его друга Каранто преисполнены глубокого драматизма и особенно удались автору. Это кульминационный пункт книги. Здесь как бы концентрируется и конкретизируется то ощущение беды, которая обрушилась на Францию и лишила Жюльена и его соотечественников права на счастье. По сравнению с суровой правдивостью драматических эпизодов описание любви Жюльена к Сильвии в последних главах книги выглядит чересчур идиллическим, каким-то ненастоящим. Не случайно эта «розовая» мечта лопается как мыльный пузырь при соприкосновении с грубой реальностью, когда выясняется, что Сильвия не любит Жюльена, что она, по сути дела, маленькая мещанка, невеста будущего фабриканта, дочь мелкого и беспринципного буржуа, преуспевшего в годы войны.
     Автор как бы подводит своего героя, а вместе с ним и читателя к выводу о том, что любовь Жюльена, при всей остроте, свежести и красоте его чувства — мечта, мираж, а настоящее — это та страшная, жестокая реальность, в которой умирает Каранто, погибает мастер Андре Вуазен, страдают и мучаются французы под игом оккупантов. Человеческим порывам, естественным и прекрасным, нет места в этой реальности, в этом «обезумевшем мире». Горькую истину познает практически и герой романа. Все это придает книге ярко выраженный антивоенный характер.
     Столкновение со смертью, зрелище страданий родины, первая любовь — все эти потрясения юной души делают героя книги более зрелым, серьезным. Завершаются «ученические годы» Жюльена Дюбуа. Он становится взрослым, закаленным для жизненной борьбы человеком.
     Романы Бернара Клавеля из серии «Великое терпение» не утратили актуальность и по сей день. Тетралогия была переиздана дважды за последние 15 лет. По романам «В чужом доме» и «Плоды зимы» были поставлены телефильмы, имевшие большой успех, Автобиографический цикл Клавеля оказал значительное влияние на развитие демократической литературы, вызвал множество последователей. В 70 — 80-е годы жанр романизированных воспоминаний стал одним из ведущих.
     В 70-е годы заметно расширяется творческий диапазон Бернара Клавеля. Он начинает писать книги, основанные уже не столько на его личных жизненных наблюдениях и собственной биографии, сколько на историческом опыте народа. Социально-экономический кризис, который поразил в эти годы западный мир, обнажил органичное, глубинное неблагополучие самих основ общества, выявил с особой наглядностью безнравственную и антигуманную природу капитализма. Бернар Клавель, как и многие писатели, остро чувствующие свое время, задумался над тем, что такое прогресс и каковы его философско-этические основы. Конечно, автор «Великого терпения» не философ, не теоретик. Он подходит ко всем вопросам с чисто человеческой меркой. Обильную пищу для таких раздумий дали ему многочисленные путешествия по разным странам, активное участие в деятельности международных антивоенных, антимилитаристских и даже филантропических общественных организаций. Клавель едет в Бангладеш, помогает там голодающим и вывозит большую группу обездоленных детей, отдает гонорар за одну из своих книг в пользу нуждающихся. Картина страданий людей, открывшаяся ему в современном мире, побуждает писателя работать иначе, чем прежде. Он выпускает несколько книг проблемно публицистического характера: повести «Речной барабанщик» (1970), «Когда молчит оружие» (1974), острые документальные произведения — «Избиение младенцев» (1972), «Письмо человеку в белой фуражке» (1975), «Писания на снегу» (1977). В поисках наиболее емкой художественной формы воплощения результатов всестороннего исследования нравственной природы и долга человека в мире Б. Клавель обращается к жанру исторического романа и выпускает серию книг под общим названием «Столпы неба»: «Пора волков» — 1975; «Свет озера» — 1977; «Воительница» — 1978; «Мария Добрый Хлеб» — 1980; «Странствующие подмастерья в Новом Свете» — 1981. Действие всех романов (кроме последнего) развертывается во французской провинции Франш-Конте в XVII веке, во время Тридцатилетней войны. Писатель на конкретном историческом материале разоблачает захватнические войны, выступает за мир и ставит глобальные вопросы о совести, о нравственности, о высоких жизненных принципах, утраченных в повседневной буржуазной практике. Клавель создает галерею образов людей, умеющих жить для других, для своего народа, внутренне готовых к самопожертвованию. Каждый персонаж — человек конкретной исторической эпохи, обрисованной со свойственной писателю добротной обстоятельностью. В то же время он является как бы олицетворением «вечных» нравственных категорий. Изображенные в романах историческая действительность, люди, все, что с ними происходит, становятся своего рода иллюстрацией к своеобразной притче о том, как жить, что делать, во что верить, чтобы не потерять душу в бездушном обществе.
     В 80-е годы начинается по сути дела новый, «канадский» этап творчества Б. Клавеля. Поселившись по семейным обстоятельствам в Канаде в конце 70-х годов, писатель горячо полюбил природу этой страны и ее жителей, особенно тех, кто живет на Севере. Он восхищается мужеством, стойкостью и трудолюбием людей, которые обжили этот суровый край, сумели освоить его и подчинить человеку. В судьбе канадских первопроходцев он увидел прекрасный пример проявления человеческого духа, еще один аргумент в пользу того прославления человечества, которому посвящено все его творчество. Под этим впечатлением писатель задумал создать новую серию романов под общим названием «Царство Севера». Вышли уже три книги — «Гаррикана» (1983), «Золото земли» (1984) и «Помилуй, господи» (1985).
     30 лет прошло со дня выхода первой книги Бернара Клавеля. И все эти годы он был и остается активным защитником гуманистических и нравственных ценностей, оказавшихся под угрозой в капиталистическом мире.


Библиотека OCR Longsoft 2005-2015