[в начало]
[Аверченко] [Бальзак] [Лейла Берг] [Буало-Нарсежак] [Булгаков] [Бунин] [Гофман] [Гюго] [Альфонс Доде] [Драйзер] [Знаменский] [Леонид Зорин] [Кашиф] [Бернар Клавель] [Крылов] [Крымов] [Лакербай] [Виль Липатов] [Мериме] [Мирнев] [Ги де Мопассан] [Мюссе] [Несин] [Эдвард Олби] [Игорь Пидоренко] [Стендаль] [Тэффи] [Владимир Фирсов] [Флобер] [Франс] [Хаггард] [Эрнест Хемингуэй] [Энтони]
[скачать книгу]


Бернар Клавель. Сердца живых

 
Начало сайта

Другие произведения автора

  Начало произведения

  2

  3

  4

  5

  6

  7

  8

  9

  10

  11

  12

  13

  14

  15

  16

  17

  Часть вторая

  19

  20

  21

  22

  23

  24

  25

  26

  27

  28

  29

  30

  Часть третья

  32

  33

  34

  35

  36

  Часть четвертая

  38

  39

  40

  41

  42

  43

  44

  45

  46

  47

48

  49

  50

  51

  52

  53

  Часть пятая

  55

  56

  57

  58

  59

  60

  61

  62

  63

  64

  65

  66

  67

<< пред. <<   >> след. >>

     48
     
     Однажды вечером, возвратившись с лесосеки, они застали в хижине поджидавшего их пастушка с фермы. Жюльен сразу же почувствовал, что мальчик принес дурную весть. На столе лежало письмо. Белый конверт казался слишком ярким пятном в мягком полумраке небольшой комнаты с потемневшими деревянными стенами. Перед тем как взять это письмо, Жюльен спросил:
      — Что случилось?
      — Хозяин там обо всем пишет. Он послал меня сюда потому, что нынче после обеда на ферму нагрянули жандармы.
     Трое мужчин молча переглянулись. Жюльен вдруг понял, как сильно он привязался и к этой дощатой хижине, и к старику, и к той жизни, какую они здесь вели, — жизни, чем-то напоминавшей мальчишескую игру.
      — Погляди-ка, что там написано, — сказал дровосек.
     Жюльен разорвал конверт. Бандорелли просил их уходить как можно скорее. Он указывал место на горе, где им следовало укрыться, и советовал держаться подальше от проезжих дорог.
      — Да он рехнулся! — вышел из себя старик. — Не можете вы так уйти, без проводника. — После короткого колебания он прибавил: — Я сам пойду. Пойду с вами.
      — Нет, — возразил Каранто.
      — Хозяин велел мне проводить вас до Сломанной скалы, — сказал пастушок. — А оттуда вам надо будет идти все прямо да прямо.
     Молодые люди посмотрели друг на друга. Жюльен понял, что Каранто думает об их первой ночи в горах.
      — Он хочет, чтобы они нынче же вечером и отправлялись? — спросил дровосек.
      — Вот именно, — ответил пастушок. — Хозяин говорит, что, если уж жандармы пожаловали, значит, что-то пронюхали и могут заявиться сюда к вам завтра спозаранку. Может, крестьяне из деревни видели, как вы работали в нижних лесосеках. А потом хозяин сказал, чтобы вы, как только прочтете письмо, тут же и сожгли его.
     Старик пожал плечами. Он растерянно топтался между потухшей печью и столом, беспомощно уронив свои большие жилистые руки. Казалось, он обессилел, раздавлен новостью. И только ворчливо повторял:
      — Да он рехнулся... Совсем рехнулся... Не можете вы так вот сразу взять да и уйти...
     Солдаты, не говоря ни слова, собирались в дорогу. Они достали из-под соломы винтовки, вещевые мешки и ранцы, обмундирование. Пастушок протянул им буханку хлеба, сало и сыр, которые он принес с фермы. В письме Бандорелли говорилось, что в горах уже создана боевая группа. Ее предупредят об их приходе, и навстречу им вышлют проводника. Молодым людям надо будет спросить у него, как пройти к источнику пресной воды. Это пароль. Жюльен подумал о встрече с другими бойцами, и на душе у него стало веселее. Неужели и впрямь начинается вооруженная борьба? Неужели они наконец примут участие в войне? Он одновременно и надеялся на это и боялся; представлял себе лагерь вооруженных людей и обводил прощальным взглядом хижину, где они так славно жили в обществе старого дровосека.
     Когда они вышли за порог, уже сгущались сумерки, ночь поднималась из лощины, окутывая темным покрывалом деревья, росшие ниже по склону горы. Небо еще оставалось светлым, но продолговатые серые облака с расплывшимися краями дробились, медленно удаляясь к востоку.
     Старик непременно хотел проводить солдат до края поляны. Он больше не ворчал. Только смотрел на них, и глаза его блестели сильнее, чем обычно. Дойдя до того места, где начинался лес, все остановились. Чуть дрогнувшим голосом дровосек сказал:
      — Не теряйте времени, ребята. Погода того и гляди испортится... И помните, что я тут. Помните. Никогда ведь не знаешь... Помните же, что я тут.
     Голос его пресекся. Жюльен, уже подходивший к старику с протянутой рукою, сделал еще шаг вперед, наклонился и поцеловал впалые, заросшие щетиной щеки дровосека.
      — До свидания, сержант, — сказал он. — И спасибо. Большое спасибо.
      — Будет вздор-то молоть, — пробормотал старик.
     Каранто тоже поцеловал его, и молодые люди быстро зашагали по дороге вслед за пастушком.
     Дойдя до поворота, они оглянулись. Дровосек не двинулся с места. Он стоял, втянув голову в плечи, слегка сгорбившись, подогнув колени, и походил на пень с ободранной корой, торчащий между деревьев у обочины дороги — две ее колеи, точно упавшие с неба змеи, распластались на мертвой земле.
     

<< пред. <<   >> след. >>


Библиотека OCR Longsoft 2005-2015