| Начало сайта Начало произведения |
------------------------------------------------------------------- Аверченко Аркадий Тимофеевич. Рассказы. Сост. П.Горелов. — М.: Молодая гвардия, 1990 Ocr Longsoft http://ocr.krossw.ru, сентябрь 2006 ------------------------------------------------------------------- Один из краеугольных камней грядущего рая на земле — Третьего Интернационала, это: — Контроль над производством. Твердо знаю, во что эта штука выльется. Писатель только что уселся за письменный стол, как ему доложили: — Рабочие какие-то пришли. — Пусть войдут. Что вам угодно, господа? — Так что мы рабочий контроль над производством. Выборные. — Контроль? Над каким производством? — Над вашим. — Какое же у меня производство? Я пишу рассказы, фельетоны. Это контролю не поддается. — Все вы так говорите! Мы выборные от типографии и артели газетчиков, и мы будем контролировать ваше производство. — Виноват... Как же вы будете осуществлять контроль? — Очень просто. Вот мы усаживаемся около вас и... вы, собственно, что будете писать? — Еще не знаю: темы нет. — А вы придумайте. — Хорошо, когда вы уйдете — придумаю. — Нет, вы эти старые штуки оставьте. Придумайте сейчас. — Но не могу же я сосредоточиться, когда две посторонних физиономии... — Простите, мы вовсе не посторонние физиономии, а рабочий контроль над вашим производством! Ну?.. — Что «ну»? — Думайте скорей. — Поймите же вы, что всякое творчество — такая интимная вещь... — Вот этого интимного никак не должно быть! Все должно делаться открыто на виду и под контролем. Писатель задумался. — О чем же вы призадумались, позвольте узнать? — Не мешайте! Тему выдумываю. — Ну, вот и хорошо. Только скорей думайте! Ну! Придумали? — Да что вы меня в шею гоните. — На то мы и контроль, чтобы время зря не пропадало. Ну, живей живей!.. — Поймите вы, что не могу я так сосредоточиться, когда вы каждую секунду с разговорами пристаете. Рабочий контроль притих и принялся с любопытством разглядывать лицо призадумавшегося писателя. А писатель в это время тер голову, почесывая у себя за ухом, крякал и наконец вскочил в отчаянии: — Да поймите же вы, что нельзя думать, когда четыре глаза уставились на тебя, как баран на новые ворота. Рабочий контроль переглянулся. — Замечаете, товарищ? Форменный саботаж! То ему не разговаривай, то не смотри на него, а то он еще, пожалуй, и дышать запретит! Небось, когда нас не было — писал! Тогда можно было, а теперь нельзя? Под контролем-то небось трудно! Когда все на виду, без обмана, — тогда и голова не работает?! Хорошо-с!.. Так мы и доложим, куда следует! Рабочий контроль встал и, оскорбленный до глубины души, топоча ногами, вышел. От автора В доброе старое время подобные произведения кончались так: «...На этом месте писатель проснулся, весь облитый холодным потом». Увы! Я кончить так не могу. Потому что — хотя мы и обливаемся холодным потом, но и на шестом году еще не проснулись. |