[в начало]
[Аверченко] [Бальзак] [Лейла Берг] [Буало-Нарсежак] [Булгаков] [Бунин] [Гофман] [Гюго] [Альфонс Доде] [Драйзер] [Знаменский] [Леонид Зорин] [Кашиф] [Бернар Клавель] [Крылов] [Крымов] [Лакербай] [Виль Липатов] [Мериме] [Мирнев] [Ги де Мопассан] [Мюссе] [Несин] [Эдвард Олби] [Игорь Пидоренко] [Стендаль] [Тэффи] [Владимир Фирсов] [Флобер] [Франс] [Хаггард] [Эрнест Хемингуэй] [Энтони]
[скачать книгу]


Бернар Клавель. Сердца живых

 
Начало сайта

Другие произведения автора

  Начало произведения

  2

  3

  4

  5

  6

  7

  8

  9

  10

  11

  12

  13

  14

  15

  16

  17

  Часть вторая

  19

  20

  21

  22

  23

24

  25

  26

  27

  28

  29

  30

  Часть третья

  32

  33

  34

  35

  36

  Часть четвертая

  38

  39

  40

  41

  42

  43

  44

  45

  46

  47

  48

  49

  50

  51

  52

  53

  Часть пятая

  55

  56

  57

  58

  59

  60

  61

  62

  63

  64

  65

  66

  67

<< пред. <<   >> след. >>

     24
     
     Жюльен освободился первый. Кухарка наложила ему целую корзину снеди, и он укрепил ее на багажнике велосипеда. Прежде чем расплатиться с людьми, хозяйка пожелала распить вместе с ними бутылку шампанского. Она по-прежнему весело смеялась, повторяя, что пир удался на славу.
     Жюльен шел быстро. Два бокала шампанского, которые он наспех проглотил, ударили ему в голову. Он шагал в темноте, ведя велосипед, и глазами искал прачечную. Весь день он работал рядом с этой молодой женщиной, но даже трех раз на нее не взглянул. Они перекинулись-то всего несколькими словами, и вот она вдруг бросилась ему на грудь как безумная. Стоит ли идти в эту прачечную? Выходит, и он спятил? А как же Сильвия? Да, ведь у него есть Сильвия. Его чувство к ней не изменилось. А эта безумная Одетта — совсем другое. Зверек, просто хищный зверек.
     Он вошел под навес прачечной и прислонил машину к стене в глубине длинного и темного строения, наполненного шумом воды, журчавшей в цементных баках. Потом возвратился и стал у порога. Не лучше ли все же уйти? Теперь ночной мрак совсем сгустился. Дул легкий ветерок, приносивший различные звуки — стук мотора, шум захлопнутой двери, скрип приближавшейся повозки. Жюльен опять направился в самую глубину прачечной. Мимо проехала телега, запряженная лошадью, свет фонаря падал на лоснящийся круп. Шум колес затих в отдалении. Может, все-таки уйти? Он опять подошел к порогу. Теперь сердце его слегка сжималось. Не передалось ли и ему безумие, владевшее Одеттой? На дороге послышались шаги. Должно быть, она. И тотчас Жюльен почувствовал, что в нем пробуждается животное желание. Именно животное. Когда молодая женщина поравнялась с ним, он шепнул:
      — Это вы?
     Голос его слегка дрожал. Женщина остановилась. Молчание показалось ему бесконечным, потом Одетта сказала:
      — Да, это я.
      — Пойдемте.
     Она не тронулась с места. Жюльен колебался. В темноте он едва различал чуть белевший треугольный вырез ее платья.
      — Мне пора домой, — прошептала она. — Право, не знаю, что на меня нашло. Ума не приложу. Не сердитесь, ладно?
     Жюльен вышел из-под навеса. Они стояли рядом, но не могли разглядеть друг друга в кромешной тьме. И вдруг ее снова охватило безумие — казалось, то было какое-то наваждение. Одетта вздрагивала в объятиях Жюльена. Она вся трепетала. Опять целовала его и беззвучно плакала.
     Он медленно увлек ее в прачечную, не разжимая рук из боязни, что она опомнится и убежит. Внутренний голос подсказывал ему, что Одетта теряет власть над собой, едва только он касается ее.
     В прачечной громкий шум воды сразу оглушил его. Шум как бы наполнял голову, распирал ее. Жюльен чувствовал, как в нем растет желание, и вместе с тем он чувствовал, что Одетта готова убежать. Он все время старился загородить своим телом путь к двери. Сжимая в объятиях Одетту, он ощущал непонятную силу в этом хрупком теле. Чувствовал, что в ней живет необычайная энергия. Каждый раз, когда он отрывал губы от ее губ, она, задыхаясь, шептала:
      — Нет... Нет... Прошу тебя. Нет. Нет.
     Но Жюльен понимал, что слова эти уже только машинально слетают с ее уст, что это лишь стоны любви.
     Она еще слабо защищалась, но когда он слился с нею, из груди Одетты вырвался страстный вопль, который Жюльен заглушил, прижавшись ртом к ее рту. Ему и самому хотелось кричать. Никогда еще он не испытывал такого острого наслаждения.
     Он чувствовал, что по щекам молодой женщины текут слезы. Внезапно она оторвала свои губы от губ Жюльена и чуть отвернула голову. Судорожное рыдание приподняло ее грудь — оно походило на хриплый вздох раненого.
      — Нет, нет, нет, — молила она.
     Теперь она и в самом деле плакала. Слова перемежались рыданиями, от которых сотрясалось все ее тело.
      — Ты с ума сошел... с ума сошел... с ума сошел. Что ты наделал!
     Жюльен все понял: их объятие было коротким, но полным.
     Несколько секунд Одетта пребывала в изнеможении. У Жюльена было такое чувство, что, если он ее выпустит из рук, она упадет, как бездыханная. Он снова попытался найти ее рот, однако, собрав все силы, Одетта резко оттолкнула его с отчаянным криком:
      — Я погибла... погибла... Ты рехнулся... рехнулся.
     Жюльен хотел удержать ее, но она вырвалась, отпихнула его и кинулась прочь.
      — Одетта...
     Он тут же умолк. Он стоял на пороге прачечной. И слушал, как затихают ее быстрые шаги по каменистой дороге. А когда под невидимым навесом стихло все, кроме шума воды, Жюльен медленно направился в глубь прачечной, опираясь рукой на цементный край большого бака.
     

<< пред. <<   >> след. >>


Библиотека OCR Longsoft 2005-2015