[в начало]
[Аверченко] [Бальзак] [Лейла Берг] [Буало-Нарсежак] [Булгаков] [Бунин] [Гофман] [Гюго] [Альфонс Доде] [Драйзер] [Знаменский] [Леонид Зорин] [Кашиф] [Бернар Клавель] [Крылов] [Крымов] [Лакербай] [Виль Липатов] [Мериме] [Мирнев] [Ги де Мопассан] [Мюссе] [Несин] [Эдвард Олби] [Игорь Пидоренко] [Стендаль] [Тэффи] [Владимир Фирсов] [Флобер] [Франс] [Хаггард] [Эрнест Хемингуэй] [Энтони]
[скачать книгу]


Михаил Александрович Лакербай. Тот, кто убил лань.

 
Начало сайта

Другие произведения автора

  Начало произведения

  Гость.

  Неудачный момент.

  Аргун Сейдык.

  Отец.

  Пушинка.

  Враги.

  Братья.

  Дорогие гости.

  Две двери.

  Осечка.

  Тот, кто убил лань.

  Советы деда.

  Антица.

  Афырхаца.

  Пуля вылечила.

  Газыри.

Две просьбы.

  Солнцеокая Альзира.

  Маршан Лашв.

  Данакай.

  Гарсон, пренэ! [1]

  Эсма-ханум.

  Тесть и зять.

  Хабиба.

  Атырас.

  Кац и Хазан.

  Свадьба.

  Тинат и Алмасхан.

  Быстро только заяц бегает.

  Леила и Адамур.

  Армахут.

  Хыхьча. [1]

  Отец и сын.

  Остроумный Чачв Чагу.

  Находчивая Заза.

  Эдги-Джук.

  Обед у скупых.

  Умолкнувший дрозд.

  Коза и волк.

  Хаса.

  Молчанка.

  Проказы Ханифы.

  Наследство.

  Гуси приведут.

  Джара.

  Смотрины.

  Куейза.

  Мудрый Джесиб.

  Трудовые деньги.

  Тайное письмо.

  Первая книга.

  Фамильная реликвия.

  Даур и Сеид.

  С горсткой родной земли.

  Амра.

  Удав.

  Завещание

  Аджика. [1]

  Ауа.

  Чанагв.

  Девочка из Отхары.

  Говорят, ты стар.

  Лучшая роль.

  Царкваква.

  Аламыс.

  Сын народа.

  Джон Пристли и Шхангерий Бжаниа.

  Спор.

  Продавец винограда.

  Преображение Саиды.

  Ведьма.

  Кьяхь Хаджарат.

  Поминки.

  Шарф Назиры.

  Самшитовая палочка.

  Хлеб-соль.

  За чашкой кофе.

  Дик.

  Леда.

  Симфония о Рице.

  Дача Федорова.

  Мамиа

  Пропавшее поле.

  Малакрыфа.

  Поправка Джарназа.

  Эстафета.

  Обещание.

  Какие бывают зятья.

  В автобусе.

  Случай на границе.

  Сильнее смерти.

  Пари.

  Мутака.

  Милиционер Мурад.

  Кинозвезда.

  Друзья.

  Сильные ощущения

  Забавная история.

<< пред. <<   >> след. >>

     Две просьбы.
     
     Перевод С. Трегуба
     
     
      — Оу райда, сива райда. Ойса ва-райдаа...
     Кто ослаб, тот не поможет, кто колеблется, — не нужен,
     Но разбитый не сдается, нет! Он бьется до конца!
     Не придет конец мученью, коли нет конца терпенью, —
     Говорил народу Уту, это слово сеял он.
     Огоньком перебегая, разгоралась сила в людях.
     Люди двинулись лавиной, все сметая на пути...
     Вся Одиши запылала, небо дымом застилала.
     Жег огонь паучьи гнезда, рухнул княжеский дворец.
     Вековая тьма сгорала. Вековая ночь светлела...
     Мнилось — солнечною птицей поднимался светлый день
     Но дредатели, как змеи, притворясь хитро друзьями,
     К нам в дружины боевые заползли тогда, мой друг,
     И посеяли раздоры между нашими вождями,
     Ядом смуты отравили сердце детское людей.
     Яд раздора нас расслабил. Мы не сплавились в единстве,
     Уту сломлен, стяг растоптан, и рассеяны мы все...
     Пусть вчерашний день потеряй, пусть сегодня пораженье.
     Пусть Мегрелия под пеплом — будет наш грядущий день!
     Лишь повеет вольный ветер — вспыхнут угли-огоньки,
     И огонь, зажженный Уту, озарит широко землю,
     Станет грозно и победно буревым костром земли.
     Есть еще — найдутся — люди. Сила только расплескалась,
     Сила только затаилась. Жив народ — жива борьба!
     Оу райда, сива райда. Ойса ва-райдаа...

     
     Эту песню часто пел гость Адзина Темыра, мегрел Элизбар Кварацхелия, подыгрывая себе на чонгури. Он скрывался здесь в горном селе Джгярда от царской полиции и черной сотни мегрельских князей Дадиани. Все знали, что Элизбар Кварацхелия — один из ближайших соратников народного героя Уту Микава, его правая рука. Жестоко подавив крестьянское восстание, уничтожив его вожаков и самого Уту, царская полиция и мегрельские князья объявили, что тот, кто убьет или выдаст мятежника — абрека Элизбара Кварацхелия, — получит из казны пять тысяч рублей.
     Но, верные обычаю гостеприимства, вкусив уже сладость борьбы, обездоленные крестьяне-абхазы из села Джгярда не выдавали своего гостя Элизбара. Крепко сдружились между собой Элизбар и Адзин Темыр, в пацхе которого скрывался гость.
     Вместе с Элизбаром Темыр ездил в окрестные аулы — навещать друзей и знакомых. И вот в ауле Амзара Элизбару очень понравилась красавица Ада.
     Ни одна девушка так не трогала сердце молодого Элизбара. Он потерял покой, стал молчаливым и грустным. Ото всех скрывал он свое чувство, и если его спрашивали, о чем он грустит, он обычно отвечал, что хворает. А когда понял Элизбар, что не в силах справиться с собой, решил поскорее и подальше уехать из этих мест, чтобы никогда больше не встречаться с Адой.
     Однажды ранним утром, после бессонной ночи, Элизбар распорядился седлать коней.
      — Мне надо как можно скорее поехать в Одиши, — сказал он Темыру.
      — Зачем? — удивился Темыр. — Ведь ты хотел еще погостить у меня. Кроме того, ты знаешь, что в Одиши тебя ждет петля.
      — Надо! — твердо сказал Элизбар. — Я совсем позабыл, у меня там одно неотложное дело.
      — Тебе что-нибудь у меня не понравилось? — встревожился Темыр.
      — Да нет же, родной! Все мне нравится, — поспешил разуверить друга Элизбар. — Даже очень.
      — Не огорчай же меня, останься! — просил Темыр. — Ты знаешь, как мне тяжело согласиться на твой отъезд.
     Но Элизбар был непреклонен.
     На прощание устроили пир, и друзья шумной ватагой отправились провожать гостя.
     Пропустив Элизбара вперед и как бы случайно замешкавшись, Темыр отстал от всех и оказался рядом с телохранителем Элизбара — Тома.
      — Скажи, Тома, — спросил он, — почему уезжает Элизбар?
     Долго не отвечал Тома. Наконец поддался на уговоры — вино, должно быть, развязало ему язык, и он, лукаво улыбнувшись, признался Темыру, что хотя Элизбар скрывает истинную причину отъезда, но, как догадывается Тома, тут всему виною Ада.
      — Не печалься, друг! — сказал Элизбар Темыру, когда их лошади снова поровнялись.
      — Но мне очень жаль девушку, — как бы невзначай произнес Темыр. — Твой неожиданный отъезд может убить ее.
      — О какой девушке ты говоришь? — встревожился Элизбар.
      — Об Аде, — сказал Темыр. — Ведь она любит тебя. Призналась мне в этом сама — она ведь родственница мне. Любит и даже просила меня поженить вас.
      — Как? Ада? — переспросил Элизбар, не скрывая радости. — Ада... любит меня? — Он остановил коня.
      — Да, Элизбар, Ада любит тебя и готова хоть сегодня выйти за тебя замуж.
      — Замуж? За меня?.. Нет, нет, я даже не могу поверить в такое счастье!
      — Почему? Неужели она тебе не нравится?
      — Нравится, милый Темыр! Горе мое именно в том, что она мне очень нравится, эта солнцеликая Ада. Но какой я ей жених? Пацха моя дотла сожжена князьями. Я одинок, я абрек, объявленный вне закона. Имею ли я право думать о любви, о женитьбе?!
      — Обо всем этом я разговаривал сегодня с отцом, — ответил серьезно Темыр. — Мой отец тебя любит и хочет усыновить вместо Сеида, моего покойного брата, убитого князьями.
      — Нет, нет, друг мой! Это все хорошо, но не теперь...
     Но Темыр уже видел, что Элизбар колеблется.
      — После того, что я сказал тебе, пойми, Элизбар, что у тебя есть и дом и родные — я и мой отец. Отец и я просим тебя вернуться. И Ада этого хочет.
     Слова Темыра сломили Элизбара, и он повернул коня.
     А через несколько дней большой двор Темыра был полон гостей. Быстро построили ашьапа — крытый навес над столами, и начался свадебный пир, один из тех долгих пиров, какими славилось селение Джгярда — самый высокий аул горной Абхазии.
     Шустрые, жизнелюбивые джгярдинцы веселились от всей души. Пили, ели, плясали... Далеко кругом был слышен свадебный шум, пляски перемежались стрельбой и лязгом скрещенных клинков, а в доме, в комнате невесты, девушки старались песнями развеселить печальную подругу.
     Наконец, на третьи сутки, с наступлением ночи, девушки привели жениха к невесте и, оставив их наедине, удалились.
     С трепетом вошел Элизбар в комнату Ады.
     Девушка необыкновенной красоты стояла перед ним, и эта девушка — его жена! Кожаная лента — пояс целомудрия — стягивала ее высокую грудь. Жених, по старому абхазскому обычаю, не имеет права коснуться невесты, не разрезав этого пояса. Элизбар подошел к Аде. Мизинцем левой руки он легко коснулся ее груди, большим и указательным пальцами приподнял кожаную ленту и уже взмахнул кинжалом, чтобы разрезать ее, но Ада остановила его.
      — Умоляю тебя, не надо! Не надо! Лучше убей меня этим кинжалом!
      — Что ты говоришь? — оторопел Элизбар. — Ты не хочешь стать моей женой? Ты меня не любишь?
     Девушка молчала.
      — Скажи правду! Ты любишь другого?
      — Я люблю Темыра... и Темыр любит меня... — прошептала Ада. — Он пришел за мной, и я думала, он ведет меня к себе. Только здесь я узнала...
     Ошеломленный Элизбар опустил руки и отошел. После некоторого раздумья он произнес как бы про себя сдавленным голосом:
      — Теперь я понимаю все.
     А затем, обращаясь к девушке, твердо сказал:
      — Нет, милая Ада, не бойся: Темыру отдала ты сердце, Темыру будешь и женой! Мне же отныне ты — только сестра.
     Сказав так, он склонился перед девушкой, поцеловал край ее платья и вышел.
     Велико было удивление гостей, когда среди них появился жених. Элизбар поспешил объяснить:
      — Мои дорогие! Здесь не я жених. Жених — другой, а меня объявили женихом в шутку.
      — Что он говорит? Какая шутка? — вскочил с места старик Тамшуг, родственник невесты.
      — Сейчас вы увидите настоящего жениха, — сказал Элизбар и подозвал к себе молодых людей, обслуживающих гостей. — Приведите сюда Темыра. Мне с ним надо немедленно решить очень важный вопрос.
     Позвали Темыра.
      — Друг мой, Темыр! — начал Элизбар, когда оба они стали лицом к лицу в кругу гостей. — В знак нашей дружбы, неразрывной и чистой, прошу тебя исполнить две мои просьбы.
     Темыр слегка наклонил голову в знак того, что он готов выполнить эти просьбы. Законы аламыса [1] таковы, что отказ другу в такой торжественной обстановке равносилен разрыву с ним.
      — Первая моя просьба, — сказал Элизбар, — прими в жены Аду. Она сказала мне все, и я знаю: вы любите друг друга. Она чиста и непорочна. Пусть отныне она будет мне сестрой, и пусть вечной и безоблачной, как небо в ясный день, останется и впредь наша с тобой дружба.
     Темыр склонил еще ниже голову.
      — А вот этим мизинцем, — продолжал Элизбар, подняв руку, — я нечаянно коснулся ее груди. Пусть же не ляжет ни малейшей тени на нашу дружбу. Поэтому вторая моя просьба — отсеки его.
     Но Темыр не шевельнулся.
     Тогда Элизбар выхватил кинжал и отсек свой мизинец.
     
     [1] Аламыс — издавна сложившийся у абхазов нравственный кодекс, включающий в себя народные представления о совести, чести, долге.
     

<< пред. <<   >> след. >>


Библиотека OCR Longsoft 2005-2015