[в начало]
[Аверченко] [Бальзак] [Лейла Берг] [Буало-Нарсежак] [Булгаков] [Бунин] [Гофман] [Гюго] [Альфонс Доде] [Драйзер] [Знаменский] [Леонид Зорин] [Кашиф] [Бернар Клавель] [Крылов] [Крымов] [Лакербай] [Виль Липатов] [Мериме] [Мирнев] [Ги де Мопассан] [Мюссе] [Несин] [Эдвард Олби] [Игорь Пидоренко] [Стендаль] [Тэффи] [Владимир Фирсов] [Флобер] [Франс] [Хаггард] [Эрнест Хемингуэй] [Энтони]
[скачать книгу]


Бернар Клавель. В чужом доме.

 
Начало сайта

Другие произведения автора

  Начало произведения

  2

  3

  4

  5

6

  7

  8

  9

  10

  11

  12

  13

  14

  15

  16

  17

  Часть вторая

  19

  20

  21

  22

  24

  25

  26

  27

  28

  29

  Часть третья

  31

  32

  33

  34

  35

  36

  37

  38

  39

  40

  41

  42

  43

  44

  45

  46

  Часть четвертая

  48

  49

  50

  51

  52

  53

  54

  55

  56

  57

  58

  Часть пятая

  60

  61

  62

  63

  64

  65

  66

  67

<< пред. <<   >> след. >>

     6
     
     Длинный овальный стол был накрыт. Хозяин уже сидел, развернув над тарелкой газету. Виктор стоял за своим стулом, положив руку на спинку. Морис стал в такую же позу слева от него и сказал Жюльену:
      — Становись сюда.
     Хозяин поднял голову.
      — Так, значит, тебе повезло, — сказал он Морису, — ты больше не крайний на левом фланге.
     Затем, повернувшись в сторону магазина, крикнул:
      — Ну где вы там, женщины! Придете вы сегодня или нет?
     В узкой и низкой двери, похожей на дверцу шкафа, появилась высокая темноволосая девушка со вздернутым носиком и зачесанными назад волосами. На ней была кофточка в белую и розовую клеточку, обтягивавшая грудь и талию.
      — Клодина, посмотрите, что там делают наши дамы, — попросил хозяин.
     Клодина открыла дверь, ведущую в магазин, и заглянула туда, чуть наклонившись вперед. Одной рукой она оперлась на косяк, другой держалась за ручку двери. Под кофточкой угадывалось крепкое и гибкое тело. Нога, отставленная назад, была круглой и, пожалуй, чересчур мускулистой. Вдруг она выпрямилась и отступила, пропуская госпожу Петьо.
      — Чего вы там застряли! — воскликнул хозяин. — Мы ждем.
     У госпожи Петьо были нахмурены брови. Она закрыла за собой дверь и, не повышая голоса, сказала резким тоном:
      — Там — покупатели. А вам, Клодина, я сто раз говорила, чтобы вы ни в коем случае не появлялись в магазине без халата.
      — Но, мадам, я не входила в магазин, я только посмотрела...
     Хозяйка прервала ее:
      — Вы открыли дверь.
      — Но...
      — Не надо спорить, Клодина. Нужно говорить: «Да, мадам». И слушаться.
     Клодина вздохнула так, что кофточка на ее груди туго натянулась. Она пробормотала:
      — Да, мадам.
     Лицо хозяйки сразу же расплылось. От улыбки скулы ее поднялись к вискам. Она посмотрела на Жюльена:
      — Ну как, дружок, от работы разыгрался аппетит?
     Жюльен улыбнулся и кивнул.
      — Вот и отлично! Приятно, когда у мальчиков вашего возраста хороший аппетит.
     В магазине звякнул колокольчик на входной двери, послышались шаги.
     Хозяин подскочил на месте. Приподняв газету, он начал читать вслух:
      — Послушайте, послушайте. «Оптимизм, проявившийся в повышении акций на бирже, объясняется чувством уверенности, которое охватило всех после неизбежной и скоропостижной кончины Народного фронта». Одно удовольствие читать такое, давно пора. Сколько можно терпеть этих шутов гороховых — они толкают нас к катастрофе.
     Пока он говорил, вошли молоденькая продавщица и еще одна женщина, которая была одного роста с хозяйкой и немного похожа на нее. Не было у нее только красных пятен на скулах. Кроме того, она носила массивные очки с толстыми стеклами, сквозь которые ее глаза казались огромными. Она уставилась на Жюльена, словно готовясь обнюхать его.
      — А это новенький, Жюльен, — сказала хозяйка.
      — Так-так.
      — Жоржетта, за стол! Заглядываться на хорошеньких мальчиков будете потом, — воскликнул хозяин, положив газету на буфет, стоявший позади.
     Жоржетта покраснела до корней волос.
      — Эрнест, у вас всегда глупые шутки. Подобное легкомыслие мне давно не по возрасту.
      — Потому-то вы и остались старой девой, что всегда так рассуждали. А по-моему, вы еще ничего. Что на это скажете, Виктор?
     Хозяин весело хохотал. Помощник, смеясь и подмигивая хозяину,ответил:
      — Вы же знаете, что я всегда испытывал к мадемуазель Жоржетте самые нежные чувства, хозяин. И если я когда-нибудь женюсь на другой женщине, то это будет скрытое самоубийство.
     Все рассмеялись, кроме Жоржетты; она таращила глаза, но не могла со своего места рассмотреть помощника. Когда смех утих, хозяин крикнул:
      — Ну, все за стол!
     Хозяйка, изучавшая счетную книгу, подошла и уселась между сестрой и мужем. Продавщица заняла место справа от нее, а служанка поместилась в конце стола. Только тогда Виктор выдвинул свой стул и сел. Морис и Жюльен последовали его примеру. Посредине стояло большое блюдо белой фасоли. Хозяин взял его и передал жене, которая положила немного фасоли себе в тарелку.
     Между хозяином и Виктором могло бы поместиться еще два прибора. А расстояния между Жюльеном и Клодиной хватило бы еще для четырех-пяти человек. Все женщины, от хозяйки до Клодины, положили себе фасоль. После этого Морис встал, подошел к Клодине, взял у нее блюдо и отнес его хозяину. Тот положил себе, затем это проделал Виктор, потом Морис и наконец Жюльен.
      — Кладите себе побольше, голубчик, — сказала госпожа Петьо, — еще положите. В вашем возрасте надо много есть. Вы любите фасоль?
      — Да, мадам.
      — В его возрасте всё любят, — сказал хозяин.
      — А если и не любят, то все равно уплетают, — добавил помощник.
     Хозяин засмеялся. Ел он быстро, нервными движениями ломал хлеб или тыкал вилкой в тарелку. Движения хозяйки, напротив, были замедленными. Она держала вилку большим и указательным пальцами, изящно приподняв остальные. Всякий раз, когда Жюльен смотрел на нее, она улыбалась, кивая головой. Серая полосатая, как тигр, кошка, которую Жюльен еще не видел, взобралась хозяину на плечи и выгнула спину.
      — Красотка моя, — сказал он, — тебе-то плевать на всех этих болванов! Плевать, да и только!
     Хозяйка выпрямилась, откинула назад голову и замерла с вилкой в руке, устремив взгляд на мужа.
      — О ком ты?
      — Да об этих паршивцах из Народного фронта, черт побери!
     Она вздохнула, снова принялась за еду и сказала:
      — Ты мог бы выбирать другие выражения!
     Каждая шутка хозяина вызывала смех у молоденькой продавщицы, Виктора и Мориса. Служанка ела, не поднимая головы. Жюльен время от времени замечал, что она наблюдает за ним.
     Окончив есть, хозяин посадил кошку на колени и принялся ее гладить.
      — Сегодня утром какой-то тип оставил газету «Попюлер» [*] в кафе «Коммерс». Я принес первую страницу, чтобы вы могли ею насладиться, — сказал он.
     
     [*] Газета «Попюлер» — орган французской социалистической партии.
     
     Он вытащил из кармана измятый газетный листок, развернул его и пробежал глазами. Затем прочитал вслух.
      — Послушайте золотые слова этого отребья. «Все аргументы наших противников разбивает очевидный и, пожалуй, самый поразительный факт: во Франции теперь свободнее живется, спокойнее дышится и повседневный труд стал легче и радостнее. Именно это обстоятельство и составляет силу Народного фронта».
     Читая, хозяин раздражался все больше и больше. Он размахивал руками, как заправский оратор. Окончив чтение, он резким движением смял газету, бросил ее на пол и закричал:
      — Дать бы им хороший пинок в зад!
      — Эрнест! — воскликнула хозяйка. — Ты же не у себя в цехе.
     Кошка прыгнула на буфет.
      — Они меня доводят до белого каления. Неужели нельзя перевешать весь этот сброд?
     Потом, внезапно успокоившись, он обернулся к кошке и пробормотал:
      — Иди сюда, кисонька, иди скорей, красавица. Я не на тебя кричал. Ты хорошая. Я рассердился на этих идиотов.
     Хозяйка сделала знак Морису и показала в направлении двора. Морис сразу же поднялся.
      — Пойдем, Жюльен, — сказал он.
      — В верхней духовке, — сказал хозяин.
     Они вышли.
      — Мы идем за вторым, — пояснил Морис.
     Они вошли в цех. Морис открыл верхнюю духовку. Там стояла жаровня с бифштексами и круглая миска, полная лапши.
      — Лапши тут завались, — сказал Морис, — ты ее любишь?
     Жюльен пожал плечами.
      — Ем, но без особого восторга.
      — Ну, старик, знай, что хозяин ее обожает. Прежде всего потому, что ее легко и быстро готовить. Так что тебе придется ее полюбить.
     Чтобы не обжечься, они взяли тряпки и понесли блюда на стол.
      — Отлично! — восторженно воскликнула госпожа Петьо. — Отлично, милый Жюльен. Надеюсь, вы любите лапшу?
      — Да, мадам.
     Жюльен получил пинок под столом, и Морис кашлянул два раза.
      — Вот и хорошо, — сказала она. — Люблю, когда ученики едят с удовольствием.
     Хозяин окончательно помирился с кошкой. Она потерлась спиной о ножку буфета в стиле Генриха II и потом вскочила на колени господину Петьо.
     Хозяйка и ее сестра пили белое сухое вино. Хозяин и Виктор — красное, все остальные — воду. На столе стояло два графина: один для служанки и продавщицы, другой — для Мориса и Жюльена.
     Когда мясо и лапша были съедены, служанка поднялась и вынесла посуду, нагибаясь, чтобы не задеть за притолоку двери.
      — Эрнест, я предлагаю отпраздновать приход к нам Жюльена и устроить десерт по-воскресному, — сказала госпожа Петьо. — Ты согласен?
      — Конечно, — отозвался хозяин.
     Он в это время укачивал кошку, как младенца.
      — Тогда, Колетта, принесите сладкий пирог.
     Продавщица пошла в магазин. Хозяин налил всем по полстакана белого вина.
      — Не я бы должен вас угощать, — рассмеялся он, поставив бутылку. — Господину Морису следовало бы обмыть свое повышение. Ведь теперь он будет получать не двадцать пять франков, а все тридцать монет.
      — Тридцать монет, — сказал Виктор, — это десять пачек табаку. Теперь ты всех нас будешь угощать.
     

<< пред. <<   >> след. >>


Библиотека OCR Longsoft 2005-2015