[в начало]
[Аверченко] [Бальзак] [Лейла Берг] [Буало-Нарсежак] [Булгаков] [Бунин] [Гофман] [Гюго] [Альфонс Доде] [Драйзер] [Знаменский] [Леонид Зорин] [Кашиф] [Бернар Клавель] [Крылов] [Крымов] [Лакербай] [Виль Липатов] [Мериме] [Мирнев] [Ги де Мопассан] [Мюссе] [Несин] [Эдвард Олби] [Игорь Пидоренко] [Стендаль] [Тэффи] [Владимир Фирсов] [Флобер] [Франс] [Хаггард] [Эрнест Хемингуэй] [Энтони]
[скачать книгу]


Анатоль Франс. Женщины из Пикардии, Пуатье, Тура, Лиона и Парижа

 
Начало сайта

Другие произведения автора

Начало произведения

     Анатоль Франс. Женщины из Пикардии, Пуатье, Тура, Лиона и Парижа
     
     
     Из сборника "Рассказы Жака Турнеброша"
     
     -------------------------------------------------------------------
     Анатоль Франс. Собрание сочинений в 8 тт. Том 6. М.: 1959
     Перевод Е.А. Корнеевой
     Комментарии С.Р. Брахман
     Ocr Longsoft http://ocr.krossw.ru, март 2007
     -------------------------------------------------------------------
     
     
     Однажды капуцин брат Жан Шаваре, повстречав в монастыре Вифлеемских младенцев моего доброго учителя г-на аббата Куаньяра, завел с ним разговор о брате Оливье Майяре [*], назидательные и макаронические проповеди [*] которого он недавно прочел.
      — В этих проповедях есть отличные места, — оказал капуцин. — Возьмите к примеру хоть то, где говорится о пяти дамах и сводне... Вы, конечно, понимаете, что брат Оливье, живший в царствование Людовика Одиннадцатого, называет эту особу несколько иначе, ибо язык его не свободен от грубости того времени. Но наш век требует учтивых и пристойных выражений. Поэтому я и употребил слово «сводня».
      — Вы хотите, — ответил мой добрый учитель, — назвать им ту любезную и обязательную женщину, которая помогает влюбленным свести знакомство? По-латыни ее именуют «lena, conciliatrix, internuntia libidinum», что означает «вестница сладострастия». Эти достойные дамы оказывают множество полезнейших услуг, но, разумеется, берут за это деньги, вследствие чего мы и не верим в чистоту их намерений. Итак, отец мой, назовем упомянутую вами особу «посредницей». Это выражение, хотя и распространенное в обыденной речи, не лишено известного изящества.
      — Охотно, господин аббат, — подхватил брат Жан Шаваре. — Замечу вам только, что эта особа упомянута не мной, а братом Оливье. Итак, одну такую посредницу, проживавшую на Турнельском мосту, посетил однажды некий кавалер, который вручил ей перстень и сказал:
     «Вот перстень из чистого золота, в который вставлен бледно-красный рубин. Если вам знакомы порядочные женщины, ступайте к самой красивой из них и скажите, что она получит это кольцо, когда согласится навестить меня и подарить мне наслаждение».
     Посредница знала пять женщин редкой красоты: одна была из Пикардии, другая из Пуатье, третья из Тура, четвертая из Лиона, а пятая из Парижа. Все они жили в Ситэ или поблизости от того островка, на котором оно расположено, и посреднице несколько раз случалось видеть их у обедни.
     Она первым делом постучалась в дом дамы из Пикардии. Служанка отворила ей, но хозяйка не приняла посетительницу. Она была честной женщиной.
     Затем посредница пошла к даме из Пуатье и принялась расхваливать ей красивого кавалера. Дама же ответила:
     «Прошу вас сказать тому, кто вас послал, что он ошибся, ибо я совсем не та, за кого он меня принимает».
     Эта дама из Пуатье тоже отличалась честностью, но в меньшей мере, нежели первая, ибо хотела казаться честнее, чем была.
     Тогда посредница отправилась к даме из Тура и, обратившись к ней с теми же словами, показала ей кольцо.
     «А перстень и вправду очень хорош», — сказала дама.
     «Он будет вашим, стоит вам только пожелать».
     «Нет, эта цена для меня слишком дорога. Мой муж может обо всем догадаться, и я причиню ему огорчение, которого он не заслуживает».
     Эта дама из Тура в глубине души, несомненно, была распутная.
     Посредница тотчас же поспешила к лионке, которая, увидев перстень, воскликнула:
     «Увы, милая, мой муж так ревнив, что отрежет мне нос, лишь бы не дать мне выиграть столь приятную игру в колечко».
     Как видите, эта лионка не много стоила.
     Посредница побежала оттуда к парижанке. Та оказалась настоящей бесстыдницей и без зазрения совести ответила:
     «В среду муж уезжает осматривать наши виноградники. Скажите тому, кто вас послал, что в этот день я приду к нему».
     Вот каковы, по мнению брата Оливье, пять ступеней меж добром и злом у женщин от Пикардии до Парижа. А вы что думаете по этому поводу, господин Куаньяр?
     На это мой добрый учитель ответил:
      — Разобраться как в том, что движет этими слабыми созданиями, так и в том, каковы их отношения с божественным правосудием, — дело весьма нелегкое и превосходящее мое разумение. Но мне думается, что лионка, боявшаяся остаться без носа, все-таки хуже парижанки, которая вовсе ничего не боялась.
      — Никак не могу с вами согласиться, — возразил брат Жан Шаваре. — Женщина, которая боится мужа, убоится и ада. Ее духовнику удастся, быть может, привести ее к раскаянию, а оно выразится в щедрых даяниях. Ведь в конце концов именно этого он и должен добиваться. Но чего капуцину ждать от женщины, которую не страшит ничто?
     
     
     Комментарии:
     
     Оливье Майяр (XV в.) — монах-кордельер, проповедник, речи которого были пересыпаны насмешками над церковниками и резкими выпадами против дворян и богачей. А.Франс очень интересовался Оливье Майяром, посвятил ему статью в «Литературной жизни» («Народный проповедник Оливье Майяр») и многие его проповеди положил в основу своих иронических стилизаций христианских легенд.
     Макаронические проповеди — то есть проповеди, составленные из перемешанных французских и латинских слов и фраз; названы так по аналогии с макаронической поэзией, пародировавшей испорченную латынь, имевшую хождение в средние века.


Библиотека OCR Longsoft 2005-2015